Аналитик Артем Шрайбман и журналист Глеб Семенов обсуждают актуальные события, касающиеся внутренней и международной политики.
Если вы заметили ошибку в этом тексте, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
«Он только говорит, что скоро, скоро, скоро». Шрайбман объяснил, почему у Лукашенко сейчас нет стимулов искать преемника«Вполне вероятен сценарий, в котором это произойдет просто по факту, явочным принципом: когда он просто умрет или будет настолько болен, что правящая элита сама будет смотреть в сторону, кто же сменит этого умирающего, дряхлеющего Лукашенко».
«Элитное обращение». Шрайбман — о том, почему Анжелике Мельниковой могли позволить жить в Беларуси«Это намекает на некоторую степень уважения, какой-то награды, благодарности, почтения».
«Это значимый рубикон». Шрайбман объяснил, от чего зависит судьба YouTube в БеларусиВласть оказалась перед дилеммой: отомстить тому, кто этого не заметит, или признать свое бессилие.
«Позволили жить свою жизнь». Эксперт о новых подробностях в деле пропавшей (и нашедшейся) Анжелики Мельниковой«Мы можем только спекулировать, что в этой истории истинное».
Сбежать от блокировок. Артем Шрайбман — о том, грозит ли Беларуси нашествие россиян и почему им здесь могут оказаться не рады«Тут еще вопрос, какого рода люди приедут».
«Царь прислушался к маленькому человеку». Почему TikTok превратился в книгу жалоб, где можно смело критиковать чиновников«Учитывая степень репрессий, которая разлилась по стране за последние пять лет, власть не сильно боится, что из-за одного вирусного TikTok поднимется революция».
«Украина явно изменила курс». Аналитик — о причинах и последствиях интервью Зеленского «Зеркалу»«Участие в мирном саммите по Украине было бы самым серьезным рывком из изоляции, начиная с 2020 года. Украина показывает, что она этого не допустит».
«Чтобы не злить беларусов». Аналитик о том, почему Лукашенко не блокирует Telegram по примеру Путина«У всех местных чиновников есть чуть ли не обязательные методички о том, как вести свои телеграм-каналы. У каждого исполкома, у каждой местной газеты они есть».
«Он враг, хуже Бабарико и Тихановского». Аналитик — о том, почему Лукашенко выпустил Статкевича«Если бы все происходило в вакууме без дипломатического процесса с американцами, то риск смерти Статкевича был бы значимым, но не решающим соображением для Лукашенко».
«Минск перешел красную черту». Аналитик — о том, чем обусловлено заявление Зеленского о «риске втягивания беларусов в войну»Выступая в начале февраля, Владимир Зеленский упомянул о размещении «Орешника» в Беларуси и заявил, что Украина «задействует все инструменты», чтобы этого не произошло.
Начнется ли противостояние между командами Тихановской и Бабарико? И какие возможности у экс-банкира в политике? МнениеВ начале февраля Виктор Бабарико заявил, что планирует вернуться в политику, но конкретных планов пока не озвучивал.
«Потому что так захотелось». Артем Шрайбман — об отключении света в Минске по желанию Лукашенко и победе «народного гнева»Александр Лукашенко 3 февраля приказал чиновникам экономить на уличном освещении — и уже вечером 4 февраля Минск буквально погрузился во тьму.
Украина уверена в своих военных возможностях или недооценивает Лукашенко? Спросили аналитика, почему Зеленский публично уколол политикаНа торжественной церемонии в память об участниках восстания 1863 года 25 января Владимир Зеленский заявил, что «белому шпицу у Лукашенко оставлено больше прав, чем народу Беларуси».
«Вопрос, смогут ли они без скандалов». Артем Шрайбман — об идее «нормальности» Колесниковой, ее аудитории и противостоянии в демсилахВ большом интервью Марине Золотовой Мария Колесникова много говорила о «возвращении к нормальности» и диалоге с Лукашенко.
Лукашенко решил внезапно проверить боеготовность армии, потому что сомневается в лояльности военных? МнениеО внезапной проверке боевой готовности Вооруженных сил Беларуси Александр Лукашенко объявил в середине января. Продлится она до весны.
«Win-win». Спросили у аналитика, какие последствия будет иметь для Беларуси назначение экс-руководителя ГУР главой Офиса президента УкраиныСудя по всему, в военное время именно ГУР поддерживал наиболее тесные отношения с беларусскими властями.