Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. В январе рухнули средние зарплаты — масштаб их падения способен поразить (счет идет на сотни рублей)
  2. Многим не было и 30 лет. В четвертую годовщину войны вспоминаем беларусов, которые отдали жизнь за Украину
  3. В одной из стран ЕС предлагают ввести новые ограничения для беларусов
  4. Пятый год полномасштабного вторжения: каких целей, заявленных Путиным в качестве первопричин войны, удалось достичь России
  5. Пособие на погребение резко сократится. С чем это связано
  6. Огласили приговор беларуске, которую задержали на выходе из онкодиспансера
  7. Прожил 25 лет, но стал классиком, написав гимн «Пагоня» в горячке, почти перед смертью. Объясняем, в чем величие Максима Богдановича
  8. Чиновники рассказали еще об одном изменении для налога, который спасал некоторых от «тунеядства»
  9. «Месть — удел слабых». Виктор Бабарико дал большое интервью «Зеркалу»
  10. «Это второй день рождения». Мальчику из Гродно Ване Стеценко в дубайской клинике ввели один из самых дорогих препаратов в мире
  11. Провластный лейбл нашел новое лицо для популярного проекта. Эта девочка еще даже не окончила школу
  12. У уехавших за границу из-за политики продолжают отнимать земельные участки. Появился свежий пример
  13. В Минске работали call-центры мошенников. В их офисы нагрянули силовики, задержаны 55 человек
  14. «Когда узнали, что к чему, были в шоке». Минская риелторка чудом спасла девушку от потери квартиры
Чытаць па-беларуску

опубликовано: 
обновлено: 
/

Уже пятый год в Беларуси проходят массовые репрессии. Несогласных с действующей властью продолжают жестко задерживать, избивать, пытать в СИЗО и колониях. В ответ на такие новости у многих возникает желание наказать силовиков так же, а то и жестче, чем по закону. Но что говорят сами пострадавшие от пыток? Хотят ли заставить своих палачей страдать, как и они, или готовы руководствоваться законом? Об этом беларусов спросили в рамках исследования «Как воспринимают справедливость люди, пережившие пытки и жестокое обращение» правозащитного центра «Вясна» и Международного комитета по расследованию пыток в Беларуси.

Мужчина показывает следы от побоев, которые ему нанесли сотрудники силовых структур Беларуси, во время митинга против насилия и фальсификации результатов президентских выборов, в Солигорске, 14 августа 2020 года

Сбор информации происходил в два этапа. Социологи провели глубинные интервью с 12 респондентами, пережившими пытки со стороны силовиков. А затем опросили 580 человек с помощью анкетирования. Возраст большей части опрошенных — 31−40 лет, многие из них пережили пытки в 2020 году.

Пострадавшие от насилия, опрошенные исследователями, воспринимают виновных в нем двояко. С одной стороны, это собирательный образ, от режима в целом до рядовых силовиков и членов участковых комиссий, с другой — 82% возлагают ответственность персонально на Александра Лукашенко. При этом 77% считают, что он и должен отвечать.

80% называют виновной в насилии действующую власть, 88% респондентов считают, что все ее представители должны нести за это ответственность. На условном третьем месте — беларуские суды, на четвертом — генералы и силовики. На пятом месте у респондентов оказались прокуратура и следственный комитет. За ними идут сотрудники ИВС/СИЗО/ИК/ИУОТ, затем — все, кто фальсифицировал выборы, и рядовые силовики.

— Обращает на себя внимание высокое место судов в иерархии виновных в насилии, — отмечают авторы исследования. — Претензии к судебной системе, которая должна быть гарантом верховенства права, оказываются гораздо более весомыми, чем требования ответственности к тем, кто непосредственно совершал насилие. Кажется, это очень важно: требования справедливости имеют системный характер с акцентом на законность.

Во время протестов 2020 года. Фото: TUT.BY

Пострадавшие считают важным наказать не только власти, которые сделали возможными пытки, но и конкретных людей, которые их осуществляли.

— Здесь мы видим ситуацию, которая возвращает в фокус внимания законность, — отмечают авторы. — По полученной нами информации, подавляющее большинство респондентов, то есть людей, подвергшихся насилию и (или) жестокому обращению, говорят, что никакого общего обвинения быть не может.

Большая часть респондентов (84%) уверены, что уровень вины каждого человека должен решать суд. И обязательно в индивидуальном порядке. Многие из них также отметили свои предложения, какого наказания они хотят для силовиков (в этом пункте опроса можно было указать несколько вариантов ответа).

Чаще всего люди выбирали пункт о люстрации — за запрет виновным в насилии заниматься определенными видами деятельности и (или) занимать определенные должности выступили 56% опрошенных.

На втором месте — лишение свободы (вплоть до пожизненного), с этим согласны 47% респондентов. Еще 29% считают, что у тех, кто осуществлял и способствовал пыткам, нужно отобрать имущество.

Примечательно, что за физическое наказание (в том числе смертную казнь) выступили только 9%. При этом согласных на наиболее гуманный вариант (просто признать виновными без сурового наказания) оказалось больше — 16% опрошенных.

— Мне сложно представить, как это [пережитые пытки] можно компенсировать. Сложно. Могут деньгами — хорошо. Могут покаянием — хорошо. Не просто покаянием, чтобы поплакаться один раз и все. А чтобы человек действительно что-то сделал для общества, — приводят авторы исследования цитату одного из респондентов.

Кто именно должен решать, насколько виновны конкретные люди? На этот вопрос у опрошенных нашлось два варианта ответа. Или уже сейчас организовывать Международный трибунал (за это выступили 46% респондентов), или ждать смены власти в Беларуси и потом самим устраивать открытые суды (с этим согласны 34%). Другие варианты, такие как суды универсальной юрисдикции, практически не рассматриваются.