Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Опоздали на работу из-за сильного снегопада, а начальник грозит наказанием? Законно ли это — объясняет юрист
  2. В Беларуси продолжает бесноваться циклон «Улли» — минчане показали, как добирались утром на работу
  3. Бывшей сотруднице госСМИ не на что купить еду, и она просит донаты у подписчиков. А еще не может найти работу и критикует систему
  4. «Сережа договорился отрицательно». Узнали, почему на канале Тихановского перестали выходить видео и что с ним будет дальше
  5. Какие города засыпало сильнее всего и можно ли сравнить «Улли» с «Хавьером»? Рассказываем в цифрах про циклон, накрывший Беларусь
  6. Покупали колбасы Борисовского мясокомбината? Возможно, после этой информации из закрытого документа, адресованного Лукашенко, перестанете
  7. Поезд Пинск-Минск застрял ночью под Дзержинском. То, как повели себя беларусы, восхитило соцсети
  8. Удар «Орешником» у границы Украины с Польшей может быть попыткой РФ сдержать западную поддержку — эксперты
  9. Россия во второй раз с начала войны ударила «Орешником» по Украине. В Минобороне РФ заявили, что в ответ на «атаку» на резиденцию Путина
Чытаць па-беларуску


Дмитрий Шинвизе, известный среди заключенных бобруйской колонии № 2 своей жестокостью, на протяжении многих лет работал в системе Департамента исполнения наказаний, дослужившись до должности начальника оперативно-режимной части. Сейчас он живет в Германии, куда уехал по программе репатриации, выяснила «Наша Ніва» с помощью BELPOL.

Дмитрий Шинвизе. Фото: база «Паспорт», BELPOL
Дмитрий Шинвизе. Фото: база «Паспорт», BELPOL

По воспоминаниям бывших узников бобруйской колонии № 2, Рудольф (так Шинвизе прозвали из-за отчества — Рудольфович) строго контролировал соблюдение режима, активно применял дисциплинарные меры и нередко лично проводил проверки. Нарушением могли считаться самые мелкие детали — например, если человек неправильно застегнул одежду или не так поздоровался.

Прошедшие через колонию отмечают, что наказания часто сопровождались бранью и издевательствами со стороны Шинвизе, а политзаключенным он читал лекции о том, «как плохо живется в Евросоюзе». Один из бывших узников назвал его «конченым садистом».

Карьера Шинвизе была связана исключительно с бобруйской колонией № 2, где он прошел путь от дежурного помощника до руководящей должности. В 2023 году, на фоне усиления политических репрессий, он занял пост начальника оперативно-режимной части и ввел дополнительные ограничения, касающиеся пересылки книг и медицинских передач заключенным.

Тем не менее должность Шинвизе, хоть и влиятельная, была не настолько высокой, чтобы на него обратили внимание иностранцы и включили в санкционные списки.

В начале 2024 года мужчина покинул службу и уехал из Беларуси. Как удалось выяснить на основании предоставленных BELPOL сведений из базы «Паспорт» о контактах и родственниках Шинвизе, причиной могла стать программа репатриации в Германию для потомков немецких колонистов — Spätaussiedler («Поздние репатрианты»).

Его отец, родившийся в Казахстане, имел немецкое происхождение, что позволило семье воспользоваться упрощенной процедурой получения гражданства ФРГ. Весной 2024 года супруга Шинвизе, Марина, сменила фамилию на Schönwiese и указала местом жительства город Шверин в земле Мекленбург — Передняя Померания.

С учетом особенностей программы Spätaussiedler можно предположить, что сегодня Дмитрий Шинвизе живет в Германии под именем Dimitri Schönwiese и, вероятно, является гражданином этой страны. В бобруйской колонии № 2 при этом продолжает находиться как минимум 50 политзаключенных.

В BELPOL сообщили, что уже проинформировали немецкую сторону о ситуации с Шинвизе. Организация находится в постоянном контакте с другими демократическими институтами, чтобы привлечь бывшего тюремного начальника к ответственности по закону.

— В частности, мы выясним, разглашал ли Шинвизе подобные факты из своей биографии при получении немецкого гражданства, — сказал «Нашай Ніве» представитель организации Владимир Жигарь.